Светлана Товстик, выпускница магистерского направления «лингвистика» АлтГУ и неоднократный лауреат конкурсов поэтического перевода международного уровня, поделилась опытом перевода кино:
– «РуФилмс» – первая компания, с которой я начала сотрудничать в сфере перевода кино, сейчас перевожу и для других студий локализации. Зачастую компании не берут переводчиков в штат, а привлекают к сотрудничеству самозанятых и ИП на проектной основе. Это дает фрилансерам свободу выполнять заказы для разных клиентов и самостоятельно строить свой график, но требует самоорганизации и знания юридических тонкостей. Для работы кинопереводчиком необходимы знание родного и иностранного языка, навыки перевода в целом и аудиовизуального перевода в частности. При «РуФилмс» действует Школа аудиовизуального перевода, в которой можно восполнить пробелы, если не хватает опыта киноперевода. Переводчик берет заказ, сдает перевод редактору, может получить обратную связь, посоветоваться с коллегами в чате, при желании посмотреть конечный результат своего труда, а иногда даже побывать на записи. Кроме того, в «РуФилмс» можно пройти студенческую практику, так что компания предоставляет отличную возможность начать карьеру кинопереводчика.
Я выполнила около сотни переводов с русского на английский, с английского (и других языков через английский) на русский. Несмотря на обилие восточного контента, его значительная часть переводится на русский через английский. Среди самых сложных переводов вспоминается документальная передача об искусстве и сериал в жанре драмеди. В первом случае много времени ушло на фактчекинг, а еще непросто было сжимать текст из-за очень высокой плотности речи. Во втором случае также была очень плотная речь, дополнительную сложность представляли шутки, а укладку текста затрудняло то, что это был опосредованный перевод через английский. Скорее всего, телеканалы, онлайн-платформы и кинопрокатчики отбирают контент для перевода на основе предполагаемого интереса аудитории к нему и кассового потенциала. Название фильма, кстати, переводят маркетологи, ведь оно играет значимую роль в продвижении. Переводчик просто получает заказ на локализацию конкретного фильма и в случае заинтересованности может взяться за перевод или отказаться, если ему не подходят сроки или условия работы.
Перевод фильмов имеет свою специфику: для озвучивания нужно укладывать текст, т.е. каждая фраза в переводе должна соответствовать по длительности звучания фразам оригинала, в дубляже также необходимо попадать в артикуляцию. При переводе субтитров нужно соблюдать ограничения по числу символов в строке, скорости чтения и другие технические требования. Так что текст перевода должен не только отражать суть оригинала, но и быть правильно оформлен и не идти вразрез с видео. Из-за специфики аудиовизуального перевода, к которому относится и перевод кино, применение ИИ в нем наименее эффективно. Так что подобные сервисы я, как и многие мои коллеги, почти не использую. Нейросети способны облегчить некоторые технические задачи: преобразовать речь в текст, распознать нечитаемую надпись, упростить оформления текста перевода по требованиям и т.п. Но основной объем работы остается человеку: отсмотреть видео, заполнить глоссарий, перевести с учетом происходящего на экране, уложить и вычитать текст перед редактурой. В кино переводят не слова, а сцены, и соответствие перевода оригиналу должно быть на уровне эмоций и воздействия на зрителя. Машинному переводу такое не под силу.
Однако цифровые компетенции нужны переводчикам, чтобы ускорять и автоматизировать выполнение технических задач и больше времени уделять именно творческому переводческому процессу. Переводить все-таки должен человек, ведь ИИ не способен соотнести текст с видео, проанализировать взаимоотношения персонажей фильма, уложить текст перевода. Это подтверждают многочисленные ляпы: в переводе нейросети герои в обращениях друг к другу постоянно прыгают с «ты» на «вы»; на экране показывают пуговицу, а называют ее кнопкой (варианты значения английского button); персонажи садятся в машину и говорят: «Пойдем!» (английское Let’s go не конкретизирует способ передвижения) либо идут пешком и вдруг заявляют, что приехали (We’ve come тоже не указывает на способ передвижения) и т.д. Перевод ИИ пестрит кальками и звучит неестественно, так что в ближайшее время развитие технологий вряд ли оставит кинопереводчиков без работы.
Аркадий ШАБАЛИН
Фото Дмитрия Герайкина
