То, что сейчас мы зовем повседневностью, однажды станет ускользающей историей. По ниткам, тянущимся из разных городов, сибирские религиоведы собирают красивый узор – как жила Сибирь когда-то и что ее ждет в будущем. В декабре 2024 года Елена Александровна Шершнева стала доктором исторических наук, защитив диссертацию по теме «Мусульманские общины Сибири и их положение в условиях имперской политики во второй половине XIX – начале XX в.». Защита прошла в диссертационном совете нашего университета, а научным консультантом выступил доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой регионоведения России, национальных и государственно-конфессиональных отношений АлтГУ Петр Константинович Дашковский. По случаю профессионального праздника Дня религиоведа, который отмечается 19 февраля, поговорили с Еленой Шершневой о ее многолетних исследованиях: как жили мусульмане в Сибири, в чем состояла особенность религиозной жизни мусульманского населения региона? А также задали вопрос, какое место занимает женщина в исламской традиции.
– Елена Александровна, ваша кандидатская диссертация была посвящена мусульманским общинам Томской губернии. В докторской вы продолжили эту тему?
– Да, докторская диссертация – это продолжение исследований, которые были начаты еще в рамках кандидатской диссертации, но тогда я изучала положение мусульманских общин только Томской губернии в контексте государственно-конфессиональной политики Российской империи. В рамках докторской диссертации я рассматриваю уже всю территорию Сибири и особое внимание уделяю вопросу влияния имперской политики на правовой статус мусульманских общин региона в период социально-экономических и политических преобразований, начавшихся в нашей стране во второй половине XIX в.
– В каких областях Сибири была высокая численность мусульманского населения?
– Когда писала диссертацию, в первую очередь я обращалась к статистическим данным, и в частности к Первой всеобщей переписи населения Российской империи 1897 г. Рассмотрев статистические данные, можно отметить, что численность мусульман на территории Западной Сибири была значительно выше по сравнению с Восточной ее частью. Мусульманское население в тот период достаточно компактно проживало на территории Томской и Тобольской губерний. В Восточной Сибири мусульманское население преимущественно селилось в Ачинском, Канском, Красноярском и Минусинском округах Енисейской губернии, в Иркутской губернии основными центрами их расселения стали Иркутский, Балаганский и Нижнеудинский округа.
– Какие аспекты жизни мусульманских общин Сибири вы рассмотрели?
– В диссертационном исследовании я постаралась рассмотреть наиболее важные аспекты социально-экономической, религиозной, а также политической жизни мусульманского населения Сибирского региона. Отдельное внимание было уделено такому важному аспекту в жизни мусульманина, как хадж. Для мусульманского населения нашего региона во второй половине XIX – начала XX в. это был один из самых сложных обрядов. Во-первых, удаленность территории от Мекки. Это сегодня можно сесть на самолет и оказаться в любом уголке Земли, а в тот период, чтобы совершить паломничество, мусульманин должен был иметь хорошее здоровье, а также быть финансово состоятельным. В связи с этим у мусульман Сибири появляется такое явление, как малый хадж, т.е. поклонение святым местам, располагающимся на территории Сибири и Средней Азии. Отдельное внимание уделено вопросам организации религиозной жизни мусульманских общин, в частности строительству культовых зданий и избранию мулл. Я постаралась обратить внимание на тот факт, что существующие нормы законодательства в данной области оказывались часто сложно выполнимыми мусульманским населением Сибири, по причине социального состава мусульманских общин, а также их финансовой состоятельности. Одна глава диссертации посвящена вопросам административно-хозяйственного устройства мусульманских общин, а также вопросам судопроизводства. Представители исламской традиции в решении многих вопросов прибегали всегда к нормам шариата, однако в Российской империи данные нормы не могли соотноситься с государственной правовой системой. К тому же среди мусульман Сибири до второй половины XIX в. судопроизводственная практика иногда строилась на нормах адата (традиций). В диссертации я постаралась показать, что мусульмане Сибири, несмотря на существующие правовые нормы, в рамках меняющегося социума были готовы к включению в общеимперскую судопроизводственную систему. Отдельное внимание было уделено системе образования. Проводимая в тот момент российским правительством аккультурационная политика была направлена на реформирование мусульманского школьного образования. Однако нельзя не отметить и того факта, что само мусульманское население Сибири во второй половине XIX – начале XX в. также обращает внимание на необходимость проведения ряда реформационных преобразований в данной области. Именно благодаря активной деятельности некоторых представителей мусульманской общественности в Сибири появляются учебные заведения нового типа, которые мало чем отличались от гимназий.
– Были ли у мусульман на территории Сибири собственные культовые постройки?
– Безусловно, были. Мечеть ведь выполняла очень важную функцию в жизни общины, она была не только местом для сбора молитв, но и центром социальной и культурной жизни. Именно при мечетях появлялись учебные заведения. Как мы можем увидеть, анализируя архивные материалы, мусульманское население Сибири постоянно обращалось в губернские органы власти с просьбами разрешить им построить мечеть либо открыть молитвенный дом. Появление культового здания и духовного лица при нем – свидетельство о признании правового статуса общины. Однако следует отметить, что в Восточной Сибири первые мечети появляются достаточно поздно, только в конце XIX в.
– Вы сказали, что при мечетях открывались школы, а что из себя представляла система мусульманского школьного образования в Сибири?
– Мусульманская школьная система была представлена учебными заведениями двух уровней – мектебе и медресе. Мектебе соответствовали русской церковной школе грамоты, таким образом, они являлись низшей ступенью образования. Медресе имели более сложную программу обучения по сравнению с мектебе и поэтому считались учебными заведениями среднего и высшего уровня. Процесс обучения в медресе был достаточно длительным и зачастую достигал 15 лет. Целью данного учебного заведения была подготовка квалифицированного муллы. В медресе изучали и светские науки – математику, философию, медицину, логику, историю, географию и т.д. Одним из таких центров духовного образования в Сибири можно назвать Ембаевское медресе, располагающееся недалеко от Тюмени.
– Какие проблемы больше всего волновали мусульман в рассматриваемый вами период?
– Для мусульман Сибири очень актуальными в данный период были вопросы экономического характера, а именно проблемы перераспределения земельного фонда в рамках проводимой в стране переселенческой политики. Также их волновали вопросы организации благотворительной деятельности в соответствии с нормами российского законодательства, т.к. формы традиционной мусульманской благотворительности были для них недоступны. Одной из самых важных проблем, стоящих перед мусульманами Сибири, была организация религиозной жизни общины, а именно выборы духовного лица, а также строительство культового здания.
– Были ли какие-то противоречия между исламским законодательством и законодательством Российской империи?
– Конечно, нормы светского и религиозного законодательства не могут совпадать. Однако под давлением властей Оренбургское магометанское духовное собрание приняло постановление, запрещавшее религиозным служителям применение тех положений шариата, которые противоречили законам Российского государства. Данные запреты в основном касались системы наказаний за нарушение норм общественной нравственности и порядка, предусмотренных мусульманским правом. В частности, если мы берем аспект брачно-семейных отношений, то за незаконное сожительство, согласно шариату, предполагалось очень жестокое наказание, тогда как российское законодательство ограничивалось арестом от 3 до 14 дней. Поэтому муллам предписывалось все-таки обращаться к светскому законодательству при вынесении наказания за подобные преступления. В целом следует отметить, что в Российской империи как правительство, так и высшее мусульманское духовенство стремились к установлению регламентации применения норм шариата в рамках законодательства Российской империи.
– А как сами мусульмане относились к тому, что предпочтение отдается именно светскому законодательству?
– Такого момента, чтобы мусульмане крайне радикально были настроены против светского законодательства или отмечали бы, что это нарушает их права, – я никогда не встречала в архивных документах. Как правило, все обращения в отношении нарушения каких-то прав мусульманского населения Сибири не касались напрямую правовой системы. В частности, например, в обращении одного из заключенных мусульманского вероисповедания Тобольского тюремного замка отмечалось, что нарушаются его права на ношение тюбетейки. Естественно, нигде в законодательстве данный запрет не был закреплен, как нигде и не закреплено право на ее ношение. Таким образом, мы можем здесь наблюдать сложности в выстраивании больше межличностных отношений.
– Были ли как-то регламентированы полномочия муллы в мусульманской общине на уровне светской власти?
– В данный период права и обязанности муллы были четко регламентированы в рамках российского законодательства. Муллы привлекались для решения вопросов семейно-брачных отношений и наследственного права. Мусульмане Сибири подчинялись Оренбургскому магометанскому духовному собранию, которое также регламентировало положение муллы и его обязанности.
– Какую религиозную политику Российская империя проводит в тот период в отношении мусульман и других конфессий в целом?
– В XIX в. Российская империя выработала особую систему государственно-конфессиональных отношений, составной частью которой являлось мусульманское население страны. Сама система включала в себя четыре иерархических уровня. Высший уровень конфессиональной структуры занимала Русская православная церковь. На второй ступени располагались так называемые «признанные терпимые» – католики, протестанты, мусульмане, буддисты и иудеи. Следующее звено иерархии составляли «терпимые непризнанные» конфессии, представленные преимущественно старообрядцами.
Наконец, на низшей ступени располагались «непризнанные нетерпимые» конфессии, к которым относились, например, такие группы, как хлысты, скопцы. Исходя из соответствующего расположения религиозной организации или группы в данной иерархии, с ней выстраивались особые отношения со стороны государственной власти и Русской православной церкви. К тому же в 1857 году принимается устав Духовных дел иностранных исповеданий, где четко прописывалось, какими правами обладает каждая конфессия. С этого момента мы можем говорить о том, что вся жизнь конфессий была регламентирована: как выбирается священнослужитель, кто им может стать, как строятся культовые здания, возможно ли проводить миссионерскую деятельность и т.д.
До 1905 года переход из православия в другую конфессию был строго запрещен и предполагал уголовное наказание. Лишь с принятием Указа «Об укреплении начал веротерпимости», мусульмане, как и представители других конфессий, получают религиозную свободу, и в первую очередь право на ведение проповеди, а также допускается переход из православия в эти конфессии.
– Как мусульманское сообщество интегрируется в жизнь Российской империи, например в политической и социальной сферах?
– Мусульмане начинают активно включаться в политическую жизнь страны как раз после 1905 года. В 1906 году они создают собственную партию «Союза мусульман России» (Иттифак). Появляются периодические издания, освещающие жизнь мусульман, в том числе и на территории Сибири. В Государственную Думу мусульмане Сибири не вошли, но в начале XX века проводятся мусульманские съезды, в рамках которых решались вопросы организации жизни мусульманских общин на территории Российской империи. Мусульмане Сибири активно участвовали в этих съездах, возглавляя различные комиссии. Именно в начале XX в. в мусульманской среде появляется потребность в получении светского образования, при этом осознается особая роль русского языка в данном процессе. Между собой мусульмане чаще всего общались на языке своих этнических групп, а богослужения и чтение Корана осуществлялось на арабском языке. В связи с этим несмотря на то, что процент образованного мусульманского населения в Сибири был выше, чем православного, эта образованность строилась на знании именно арабского языка и чтении Корана.
– Какое место в Сибири среди мусульман занимало женское образование?
– В мусульманской среде женскому образованию также уделялось особое внимание. Уже во второй половине XIX в. в отчетах Западно-Сибирского отделения Русского-географического общества указывалось, что женское население Сибири достаточно образованно. Обучением девочек навыкам чтения и письма занималась, как правило, жена муллы, поэтому уровень грамотности девочек зависел напрямую от подготовки супруги духовного лица. В начале XX в. женское образование переходит на новый уровень, появляются учебные заведения для девочек, в частности в Томске и Иркутске были открыты школы для девочек. В исламе нет запретов на получение образования женщиной. Она не может получить его вместе с мужчиной, но это не значит, что ее не нужно обучать вообще.
– В массовой культуре действительно сложилось представление, что женщина излишне ограничена в правах и религия накладывает на мусульманок множество ограничений. Выходит, это миф?
– Во многом это миф. Если мы обратимся к истории возникновения ислама, когда начинает проповедовать пророк Мухаммед, то ислам в первую очередь принимает его жена. Это все-таки закрепление за женщиной особого статуса и демонстрация ее свободы. Конечно, существуют определенные ограничения, но они связаны больше с этикой, например обязательно покрывать голову. Но если мы обратимся к русскому обществу периода Домостроя, то убедимся, что и там замужней женщине предписывалось покрывать голову. Процесс секуляризации общества приводит к отрицанию определенных религиозных норм и традиций. Нормы исламской культуры оказались очень тесно переплетены с этническими традициями, что отчасти позволило им укорениться в сознании людей.
– Почему для исследования был выбран именно период второй половины XIX по начало XX века?
– Этот период был переломным в истории российского общества, с начала 1860-х годов в стране проводятся реформы, затрагивающие социально-экономическую сферу жизни общества, затем набирает обороты революционное движение, которое завершается падением Российской империи в 1917 году. Интересно рассматривать, каким образом в этот период меняется общество, каким образом религиозные общины приспосабливаются к меняющимся условиям. К тому же Сибирь оказалась активно включена в модернизационные процессы, протекающие в данный период. В рамках диссертационного исследования, я считаю, мне удалось показать, как процесс модернизации оказал влияние на жизнь мусульманского сообщества в Сибири.
Анна ЗАГОРУЙКО
