Мемы – неотъемлемая часть интернет-культуры, которая не нуждается в представлении. Смешные картинки с жизненными (и не только) ситуациями нисколько не потеряли популярности, хоть и cменили облик. Как от «превет-медведа» мы пришли к фотографиям колбасы с подписью «сыр» и почему это смешно, рассказываем в этой статье.
Начнем наш экскурс по современному интернет-юмору с его истоков. Первые мемы появились задолго до укрепления понятия «мем» в интернете и передавались из рук в руки не через мессенджеры и соцсети, а через электронную почту и Bluetooth. На Западе, например, в 1996 году входящие сообщения пользователей гремели от видео Baby cha-cha-cha, в котором низкополигональный анимированный ребенок забавно танцует. У нас же первыми мемами можно назвать «веселого таракана», гифки с танцующими котятами под «зашакаленный» дабстеп и нарезки «Смешариков» с песней «Четыре пацана» на фоне.
Время шло, и от демотиваторов с эдвайсами мы постепенно перешли к абсурдным картинкам с Райаном Гослингом и просьбами провести лоботомию говорящему. Такие мемы можно отнести к пост- и метаиронии. Чтобы разобраться, что это такое, объясним, что такое ирония (без иронии и приколов). Ирония – это употребление слова или оборота речи в противоположном значении. Суть заключается в том, что мы говорим прямо одно, но фраза или слова несут в себе противоположный подтекст. Есть и более агрессивная, грубая ее форма – сарказм, которую можно встретить в мемах намного чаще, причем не только современных, но и старых.
Что же такое постирония и метаирония? Чтобы понять, как работает пост/метаприкол, разделим его на две части: сетап (начало шутки) и панчлайн (та самая колкая фраза, которая вызывает смех). В обычной, классической шутке, сетап выступает подводкой к панчлайну. В пост- и метаиронии же свои правила. Постирония – это когда непонятно, шутит ли автор или говорит правду. Для того чтобы понять, что такое постирония, вспомним нашумевший в девяностые телевизионный сюжет «Ленин – Гриб». Создатели передачи с серьезным видом рассказывали о том, как Ленин в больших количествах употреблял галлюциногенные грибы и сам в результате превратился в гриб. Сетап – абсурдное высказывание, панчлайн – еще более абсурдное его объяснение с серьезным видом.
Метаирония же разрушает контекст, при этом вопрос наличия самой шутки уходит на второй план. Можно сказать, что меташутка не столько смешная, сколько остроумная и злободневная, причем иногда остроумная настолько, что до конца непонятно: а была ли шутка вообще? По сути, метаирония – это ирония над иронией, отсутствие шутки как таковой и использование абсурда как ключевого элемента. Метаиронию часто можно проследить в одном из самых успешных стендап-спешлов «Внутри», записанного комиком Бо Бернемом, в котором через абсурдные и неловкие шуточные песни Бо рассуждает на тяжелые темы самоизоляции, отношений через интернет, потери самоидентичности и страха будущего.
Плохо ли то, что мы стали смеяться над «шутками без шутки»? Мнения пользователей по этому поводу разнятся: одни говорят «раньше было лучше», другие же вспоминают «упячку» и многозначительно вздыхают. Пост- и метаирония были в интернете всегда, просто не распространялись в широких кругах. Более того, большинство СМИ отмечают, что юмор стал более сложным и вдумчивым. Кто знает, может быть, даже в картинке носка с подписью «тапок» есть сакральный смысл и комментарий на тему капитализма? Самое время подумать об этом.
Факт
Метаирония же разрушает контекст, при этом вопрос наличия самой шутки уходит на второй план.
В тему
Мем – это медиавирус.
О мемах как медиавирусах можно прочесть в книге Дугласа Рашкоффа «Медиавирус. Как поп-культура воздействует на ваше сознание».
Артем ФЕДОТОВ