Кадр из фильма «Чучело». Источник: avatars.mds.yandex.net
Агрессия – распространенное явление в детском коллективе. Однако и взрослый коллектив мало чем от него отличим. Если у детей буллинг чаще связан с физическим насилием, то у взрослых – с более изощренным, психологическим. Пожалуй, самый яркий пример травли – фильм «Чучело» 1983 года по одноименной повести Владимира Железникова. Напомню: в нем главная героиня Лена Бессольцева сталкивается с жестокостью со стороны одноклассников – она не вписывается в общепринятый стандарт. Чем можно объяснить токсичное поведение и как себя вести с манипулятором, «ЗН» выяснила у Алены Евгеньевны Аюченко, преподавателя кафедры педагогики и управления образованием АлтГУ.
Прямой связи между уровнем образования и буллингом нет, со «странным» отношением к себе можно столкнуться в любом, даже академическом коллективе. В одинаковой мере «буллить» могут как новичков, что чаще и бывает, а также – вдруг и неожиданно – уже состоявшихся в карьере специалистов. По интенсивности, или уровню агрессивности нападок, буллинг можно разделить на три вида: мягкий, средний, тяжелый. Первый вид проявляется через мимику и жесты. Издевки в этом случае, как правило, завуалированы в шутку. Второй вид – травля средней степени. В отличие от двусмысленных жестов, такая агрессия кроется в прямых негативных высказываниях в адрес жертвы. В отказах на ее просьбы, в принципиальном, демонстративном игнорировании. Самый тяжелый вид буллинга, третий, состоит из угроз вплоть до физического насилия.
– У буллинга всегда есть зачинщик – негласный лидер. Он же серый кардинал. Любитель черной риторики. Тот, кто задает правила бесчестной игры. Такой человек манипулятивно ведет за собой тех, кто не имеет собственной точки опоры, кто легко поддается чужому – дурному – влиянию.
Белый и пушистый агрессор намеренно меняет одну маску за другой, чтобы остаться незамеченным и в то же время влиятельным. Ведь его главный страх – как раз утратить это влияние, оставшись наедине с самим собой. Поэтому агрессору как воздух необходимы те, кто будет то и дело разыгрывать распределенные им роли. Результат: коллектив раскалывается на «своих» и «чужих»: первые во всем слепо подражают лидеру, пассивно одобряют его, а вторые, как следует, испытывают всевозможные нападки, – объясняет социолог Алена Аюченко.
Свита манипулятора – его руки и язык – они делают всю «грязную работу», чтобы буллер оставался чистым в глазах других, тех, кто вне этого коллектива. Психологическое основание здесь – стадное чувство, желание заслужить хотя бы малейшее одобрение лидера, чтобы – парадокс! – самому не стать жертвой его агрессии. Буллер очень коммуникабелен, токсичное слово – его хлеб. Чтобы не потерять лицо, он причиняет боль словом. Его красноречие – не дар, а годами отточенное мастерство. Скрытый талант словесного агрессора: насыщать ложью правдивую, подкрепленную фактами информацию, искажая ее в своих целях. Тогда отличить ложь от правды невозможно. Как у Высоцкого:
Хитрая Ложь на себя одеяло стянула,
В Правду впилась —
и осталась довольна вполне.
Действительно, поймать за слово буллера нелегко, он, как фокусник, тасует факты. По словам эксперта, буллинг – явление однозначно деструктивное, так как наносит вред не только жертве, но и прежде всего самому агрессору.
– Травля – всегда растянутый во времени процесс. Она может длиться месяцами или даже годами. В офисной среде это проявляется в систематически повторяющихся действиях со стороны коллег или руководителя по вытравливанию из коллектива человека методами вербального и психологического давления. Цель – не всегда просто исключить жертву из общества, скорее морально подавить или снизить социальный статус. Для этого могут быть использованы насмешки, нецензурные слова, повышенный тон, нарушение личных границ, – уточняет социолог Алена Аюченко.
Любимый манипулятивный прием агрессора – создание некого «ритуала», действия, обычно будничного, для избранных. Как пример, ежедневный обед, на который, будто на светский раут, приглашаются все члены коллектива, кроме неугодного, – того самого чучела. В любой другой, единичной ситуации взрослый человек не придал бы особого значения тому, что его не позвали. Но если это происходит преднамеренно и систематически, то жертва неминуемо чувствует дискомфорт и задается вопросами: «А почему меня не зовут? Со мной что-то не так? Почему такое предвзятое отношение?» На эти вопросы ответов – нет. И не будет. А если в лицо спросить того, кто «не зовет», тут же услышишь: «Это ты провоцируешь к себе такое отношение». Какое «такое»?
Люди с нестабильной, особенно заниженной самооценкой начинают верить не себе, сомневаться, искать ответы на вопрос «а может, я действительно какой-то не такой?..». В такие моменты как никогда важно научиться доверять именно себе и критически оценивать любые утверждения, тем более из уст манипулятора. Одно дело – шутить, иронизировать, делая это по-дружески. Другое – все остальное. Верный ориентир здесь – собственное тело! Телесные ощущение обычно не подводят, и если вы чувствуете подвох, то, скорее всего, он есть.
В ситуации травли сотруднику важно найти не только свою опору, но и поддержку со стороны.
Буллинг бьет по самооценке, лишает эмоционального ресурса и веры в себя. Человеку, который столкнулся с травлей, нужен взгляд извне, чтобы он не начал сомневаться, действительно ли все с ним в порядке.
Софья ПРОТАСОВА
