Лучший профессор

«Религиоведение не связано с познанием Бога»

Общенациональная премия «Профессор года – 2022» присуждена лучшим профессорам. Ими стали три ученых из Алтайского государственного университета. В этот раз «ЗН» поговорила с Петром Константиновичем Дашковским, заведующим кафедрой регионоведения России, национальных и государственно-конфессиональных отношений, д. и. н., специалистом по религиоведению и этнокультурной истории Центральной Азии.

– Петр Константинович, вместе со всем университетом мы поздравляем вас с присуждением премии «Профессор года – 2022» в номинации «Теология». Что, по вашему мнению, повлияло на победу, почему?

– Получение премии, конечно же, связано с изучением этноконфессиональных процессов в Центральной Азии и истории государственно-конфессиональной политики в Сибири имперского, советского и постсоветском времени. В общей сложности, у меня более 500 научных работ, в том числе уже 20 монографий. Кроме того, мной была сформирована научная школа по историко-религиоведческой проблематике, которую поддержал фонд Президента России. Еще один критерий отбора – участие в научных проектах. Я неоднократно был руководителем грантов фонда Президента РФ, Минобрнауки РФ, РГНФ и других, которые и позволяют проводить научные экспедиции, работать в архивах и участвовать в конференциях. Я считаю, что получение премии в определенной степени заслуга и коллектива нашей кафедры. Поскольку залогом успеха всегда является командная работа!

–Ваши научные интересы, ваша кафедра связана с такой специфической областью научного знания, как религиоведение. Расскажите, чем притягательна эта наука?

– Религиоведение – сугубо научная дисциплина, которая не связана с познанием Бога.

Религиоведение – это изучение истории религий народов мира, религиозных организаций, истории религиозных традиций. Оно смотрит на все религиозные процессы с исторической точки зрения. Религия же – это социальное явление, хотя и связанное с личным мировоззрением. Сама научная дисциплина религиоведение именно как область знания сформировалась в XIX веке, причем формировалась она как комплексная междисциплинарная наука на стыке археологии, этнографии, истории Востока, языкознания, фольклористики. Один из известных исследователей и родоначальников религиоведения – Макс Мюллер 19 февраля 1870 года прочел первую лекцию по истории религии в Королевском институте в Великобритании и тем самым показал, что религию можно изучать как некий феномен, с точки зрения именно научного познания. Кстати, эта дата неофициально в сообществе религиоведов считается профессиональным праздником в нашей стране. Хотя интерес к религии как к чему-то необычному появился еще в античные времена. Тогда все мудрецы, философы так или иначе затрагивали вопросы религии именно с точки зрения ее развития. Например, Геродот. Он подробно описывал разные народы в своих трудах, в том числе с указанием их религиозных верований, обрядов, религиозных традиций. Я считаю, что религиовед – универсальный специалист, который одновременно и историк, и юрист, и управленец, и философ. То есть в нем такой вот симбиоз гуманитарного знания и нужен он для того, чтобы принимать взвешенные решения и ориентироваться в сложных, нестандартных ситуациях в современном мире.

– А как религия связана с культурой?

– Напрямую. Наиболее важный аспект деятельности религиоведа – изучение религиозной культуры, ее традиций. Без изучения истоков религии не может быть и рассуждений о том, как она развивается сейчас и откуда появляются новые религиозные организации. Когда мы уезжаем и решаем попутешествовать, смотрим храмы, близлежащие постройки, появляется понимание, что религиозная культура действительно многогранна. Более того, сейчас существует отдельное направление этнорелигиозный туризм, который направлен на изучение истории и культуры религии тех или иных регионов как в России, так и в других странах. На нашей кафедре даже существует отдельный курс по этому направлению, студенты могут разрабатывать специальные проекты. Но для этого нужно ориентироваться на многообразие культурной религиозной жизни, что достаточно сложно дается первокурсникам. Людям хочется смотреть на храмы, поскольку это монументальные, красивые объекты, к тому же одновременно с этим они достаточно содержательны – у каждого из них своя символика. Так или иначе у всего есть определенная смысловая нагрузка, связанная с историей региона, народа. Можно сказать, что история народов – это история религий, а история религий – это история народов. Вольно-невольно, но, приезжая смотреть пирамиды в Египет, вы погружаетесь в египетскую историю. И так с каждым объектом культурного наследия, не только с храмами. Человеку свойственно тянуться к познанию, особенно когда приходит осознание, что ты в отпуске, что можно переключиться на что-то новое, для тебя неизвестное.

– Вы преподаете, помимо прочего, такой междисциплинарный предмет, как этническая психология. По мнению Владимира Гавриловича Крысько, известного этнопсихолога, этническая психология – одна из сложнейших наук. «Поскольку народов на земном шаре очень много, трудно изучить все их психологические характеристики и еще сложнее их сопоставить и сравнить». Объясните читателям: чем этнопсихология отличается от психологии обычной и как можно на практике использовать знания в этой области?

– Этнопсихология – научное направление, которое стало формироваться с XIX века. Тогда многие научные дисциплины и области знания только начали проявляться, развиваться. В этнической психологии упор делается на изучение традиций, обычаев, нравов, которые свойственны тем или иным народам. Другое дело, что в условиях глобализации, в которых мы находимся последние несколько десятилетий, стирается этническая культура и этническая психология. Допустим, говорить об этнопсихологии русского народа сейчас уже достаточно сложно, поскольку русские настолько оказались вовлечены в процесс глобализации, что даже в какой-то степени утратили некоторые этнические ценности, которые были свойственны только им. А вот малочисленные народы пока сохраняют свою национальную культуру. Они все еще знают, как правильно входить в юрту, куда садиться. Во всем этом этом есть свои нюансы и прекрасно, что традиционные народы Алтая, Тувы, Хакасии и других регионов все еще помнят свои корни. Я дважды бывал в Туркменистане, меня поразило то, что у них сохранились традиции, связанные с кочевым образом жизни. У туркмен особое отношение к лошади, она – признак их социального статуса. Все, что связано с хозяйственно-культурной деятельностью, туркмены постарались сохранить. Окунуться сполна в традиционную культуру Туркменистана мне, конечно, не удалось. Но празднование Навруза – традиционные скачки, национальные блюда – я оценил!

– Как сосуществуют разные народы в одном многоконфессиональном государстве?

– На самом деле, это вопрос историчности. Многие современные государства постепенно включали в себя новые районы, в которых как раз и были различные религиозные воззрения. В Россию, например, начиная со времен Петра I, стали приезжать различные зарубежные специалисты – инженеры, военные, архитекторы и другие специалисты, которые исповедовали католичество или протестантизм. Тем самым они в определенной мере распространяли свои, иные традиции и религиозные убеждения. Включение в состав российского государства регионов, в которых проживали народы, исповедующие ислам, соответственно приводило к распространению этой религии. В современном мире в целом трудно найти такую страну, где бы были, например, две категории граждан: одни верят во что-то, другие не верят ни во что. Все-таки государства в этом плане поликонфессиональны. Тем более в XXI веке, когда можно по миру перемещаться быстро, – прилетел-приехал и привез, например, китайский буддизм. Или нашел что-то в интернете и решил, что будешь исповедовать именно это. Если говорить о России, наличие разных религиозных мировоззрений обусловлено самим развитием нашей государственности. Другое дело, что на разных этапах та же Российская империя предпринимала некоторые шаги, чтобы сдерживать распространение различных конфессий. Понятно, шел приоритет в сторону православия, и, допустим, представителям буддизма, ислама разрешалось исповедовать свою веру только на локальных территориях. Были и серьезные ограничения, например, жителям нескольких мусульманских сел приходилось объединяться, чтобы создать мечеть. Народы разные, и у каждого из них свой исторический путь развития, который приводит к формированию определенного мировоззрения в разных регионах страны. И это неизбежно.

– Как сейчас развивается отечественное религиоведение? Как на законодательном уровне регламентированы религиозные объединения?

– Государство контролирует межконфессиональные процессы, выстраивает взаимоотношения между народами не только с исторической, но и с правовой точки зрения. Только в Алтайском крае зарегистрировано более 200 религиозных объединений разной направленности! В Барнауле большая часть религиозных объединений имеет статус юридического лица. По закону они должны просуществовать 15 лет, чтобы получить этот статус. Поясню: религиозные объединения бывают двух типов – религиозная группа и религиозная организация. И как раз религиозные организации имеют возможность зафиксировать себя как юридическое лицо. Временной ценз в разных странах, конечно, разный, но в России для этого нужно, повторюсь, 15 лет. Есть и так называемые новые религиозные движения, которые появились совсем недавно. И для них, конечно, тоже существует временной барьер и контроль со стороны государства.

– Петр Константинович, а почему религия у разных народов – разная?

– Как раз этим вопросом, о различии религий, и задаются религиоведы. Наверное, потому что религия выполняет разные функции. Одна из древнейших – мировоззренческая, на начальном этапе становления религия формирует картину мира. С помощью ее человек может познать, зачем он появился, как появился мир. В наше время люди становятся верующими, поскольку религия помогает справиться с кризисными ситуациями. Эта компенсаторная функция была и в древности, и в средние века, осталась она и сейчас. Можно говорить и о других функциях, но бесспорно одно: люди как верили, так и будут верить. Другое дело, во что именно.

Полина ШЕВЧУКОВА

Фото Марии Дубовской

325 просмотров

Related posts

Алтай – археологическое Эльдорадо

Алина Фоменко

Сергей Безносюк: «Химия – становой хребет естественных наук»