Гость номера

«Музыкой не зарабатываю – у меня есть работа!»

Фото Марии Дубовской

Доцент Сергей Усольцев о своем музыкальном опыте, магии радио и немного о котиках

1 марта в Барнауле в 34-й раз отмечается неофициальный День музыканта. Традиция пошла еще с 1991 года, когда на открытие клуба «Мельница» собрались почти все барнаульские музыканты и группы. В преддверии праздника корреспондент «ЗН» побеседовал с человеком, который, казалось бы, не должен разбираться в этой теме. А вот и нет! Наш сегодняшний гость – кандидат исторических наук, заведующий кафедрой всеобщей истории и международных отношений ИИМО Сергей Анатольевич Усольцев. Он – музыкант со стажем. Сергей Анатольевич поделился историей своего музыкального пути, рассказал, что слушает и почему музыкальная школа ему бы не пригодилась.

Ты помнишь, как все начиналось…

– Когда вы начали заниматься музыкой?

– Как и большинство, лет в 14. Я не ходил в музыкальную школу, у меня нет систематического музыкального образования, я сам захотел заниматься музыкой уже в старших классах. Родители меня поддержали как могли, купили мне первый инструмент – гитару. Подтолкнул меня на занятия музыкой, во-первых, возраст – зачем парни учатся играть на гитаре? Понятно, чтобы таким образом повысить свою социальную значимость, прежде всего в глазах противоположного пола. Во-вторых, безусловно, меня вдохновили на занятия известные музыканты, например Виктор Цой.

Еще как раз в те годы я посетил первый раз фестиваль самодеятельной песни. Он назывался «Повалиха», проводился в Повалихе, сейчас он проводится где-то в Б. Ключах, я там давно не был. А тогда я туда съездил со своими старшими друзьями по театральной студии, и там я был очарован всей этой атмосферой, этими людьми, которые играют на гитарах, которые поют, какие они классные. Поэтому у меня были стимулы со всех сторон заняться музыкой.

– Упущение ли то, что вы не ходили в детстве в музыкальную школу?

– Думаю, если бы ходил, то с большой вероятностью бросил бы ее. Потому что в ней учат классической музыке, она бы мне надоела, я бы устал от нее и от музыки вообще. И не занимался бы больше. А у меня получилось наоборот: сначала я полюбил саму музыку, а потом стал ей заниматься. Думаю, хорошо, что я не ходил в музыкальную школу. Но сейчас мне не хватает знания теории музыки, многих навыков, которые возникают при системных занятиях музыкой. Я такой недоделанный музыкант. Сейчас мы играем в группе, есть люди, которые разбираются в музыке, и конечно, я чувствую, как сильно я отстаю по знаниям.

– Почему вы выбрали именно гитару? Пробовали ли осваивать другие инструменты?

– Абсолютно понятно, почему тогда я выбрал гитару, опять же из-за среды, которая приобщила меня к музыке. А другие инструменты, конечно – флейта, губная гармоника, бас-гитара. И всякие инструменты, которые будут мне попадаться в руки, – балалайка, гусли и так далее. Никак не дойдут руки до фортепиано. Может быть, когда-нибудь дойдут.

– В каких жанрах музыки вы пробовали себя?

– С самого начала это была рок-музыка. Потом стало понятно, что рок – понятие гораздо более широкое в музыкальном плане, чем, скажем, хард-рок или рок-н-ролл. Поэтому вся прилегающая к этому музыкальная культура меня интересовала и я пытался что-то играть.
Песен еще не написанных сколько?

– Как вы написали свою первую песню?

– Честно говоря, я не помню свою первую песню, помню только, что она была ужасно плохая. Мой друг с кислым лицом смотрел на меня, когда я играл эту песню. Потом были сочинения более удачные. А блокнот со своими первыми опусами я выкинул, стыдно было смотреть на этот кошмар.

– На вашей медиаплощадке опубликована только одна ваша песня – «Ирландия и я». Расскажите историю ее появления.

– Эта песня возникла случайно от скуки. Я был в гостях в другом городе, и полдня мне нужно было провести в пустой квартире, благо, там была гитара. Тогда я и сочинил эту песню. Она выложена в двух вариантах, потому что я считаю ее удачной, я ей горжусь.

– В каких музыкальных проектах вы участвовали, какие из них вы можете назвать своими? Зарабатывали ли вы когда-то на них деньги?

– У меня было две попытки собрать собственные группы, первая называлась «Радиосны», вторая – «Радиоточка». В последней играли пару-тройку лет с ребятами. Некоторые из них продолжают заниматься музыкой. Один, например, профессионально играет, уехал в Москву зарабатывать этим.

А я музыкой не зарабатываю, у меня есть работа, я ее люблю, в ней я профессионально и реализуюсь, музыка же остается в качестве хобби. Так что, если я где-то играю, то это бывает либо бесплатно, либо за символическую плату.

– Почему в названиях групп присутствует слово «радио»?

– Потому что магия этого явления, видимо, меня держит. Я любил радио с детства. Но сейчас я его не слушаю, просто нечего. Я любил шелест, когда идет настройка частоты, мне нравилось слушать разные радиопередачи. Любимой станцией у меня была «Серебряный дождь». Сейчас уже не поймать в нашем эфире. Были интересные станции в 90-х годах, когда только-только появлялось FM-радио: крутили интересную музыку, общались со слушателями, можно было заказать песню.

Помню, один раз я дозвонился на радио, была какая-то викторина, я правильно ответил на вопрос и у меня было право заказать песню. Я выбрал песню группы The Doors – Light My Fire, а это не радийная композиция, поскольку она звучит больше семи минут, на радиостанциях ее не любят. Но они обрадовались, включили, и семь минут все слушали Light My Fire.

Трехглавый дракон – рок, джаз и классика он

– Вы специалист по истории раннего христианства. Как вы относитесь и слушаете ли духовную музыку, как русскую, так и западную?

– Не люблю духовную музыку. Она вызывает у меня чувство неловкости. Может, потому что мне кажется, что это неискренне… Наверное, за исключением спиричуэлз (духовные песни афроамериканцев-протестантов. – Прим. автора), где можно особо не вслушиваться в слова, и ты воспринимаешь это просто как часть народной культуры. Это я слушаю легко и с удовольствием, хотя и не постоянно, ведь это не моя любимая музыка. Вся русскоязычная духовная музыка, которую любят петь баптисты и разные протестанты, – вот это я тяжело воспринимаю.

Православную духовную музыку как часть традиционной культуры я воспринимаю легко. Она тоже не является моей любимой, но слушаю. Также мне нравятся григорианские, армянские, византийские песнопения.

– Известно, что из духовной музыки вышла классическая. Как вы относитесь к ней?

– Классическую музыку я плохо понимаю в силу моей музыкальной недалекости, поэтому я ее не сильно люблю. Много раз пытался себя воспитать, внимательно послушать, изучить. Я понимаю, как это важно и круто, но не цепляет. Мне больше нравится музыка ХХ века, блюз и то, что развивалось далее.

– Сколько вы уделяете времени музыке?

– В общем, я мало занимаюсь музыкой, но регулярно. Примерно раз в неделю, часа два-три. Теорию изучаю вдогонку, между делом. Знаете, как бывает, садишься за компьютер, начинаешь что-то делать и вдруг хоп – читаешь статью в «Википедии», другую, а потом хоп – и ты уже смотришь видео по музыкальной теории.

– Играете ли вы сейчас в каких-либо творческих проектах?

– Сейчас есть группа, она называется «Геннеральная репетиция» (от имени Геннадий). Это кавер-группа, она состоит из любителей, из людей, состоявшихся в своих профессиях, известных в нашем городе. Время от времени собираемся что-то поиграть. В основном играем классику советского и российского рока, в нашем репертуаре более 60 композиций, из исполнителей – «Кино», Владимир Кузьмин и всякое такое. Что-то более попсовое, что-то чуть менее. В общем, мы играем музыку, которая нравится, прежде всего, друзьям, людям постарше. У нас клуб «Для тех, кому за…».

Сейчас моей личной группы нет. Но в этом году, так сложилось, уже два раза выступил с сольными акустическими программами. Одно из выступлений, в библиотеке имени В.Я. Шишкова, даже имело резонанс.

– Где можно услышать вас сейчас?

– На моей странице в ВК в музыке есть плейлист песен, которые не стыдно показать. Может быть, выложу записи с последнего акустического концерта. Они вышли хорошо.

11 марта в Шишковке будет концерт моего друга, волынщика Данила Барабанова, с которым я познакомился, репетируя акустическую программу. Сейчас он готовится к сольному концерту, на котором я буду играть с ним один номер. Там будут экзотические для наших краев этнические инструменты и интересные люди.

Зато я спас кота!

– P.S. Вопрос: на вашей медиаплощадке есть видео с котенком Тимошей, которое набрало 1,9 миллиона просмотров. Честно скажу, даже мне оно попадалось в рекомендациях. Расскажите историю этого котенка. Как вы считаете, почему это видео «выстрелило»?

– Котенок Тимоша делает мне просмотры и приводит подписчиков на мой канал. Если бы не он, то, наверное, никто бы не увидел мои видео. Во многом благодаря популярности видео с котенком смотрят и другие, научно-популярные ролики на канале.

Я нашел его на улице. Однажды ехал домой и увидел: прямо на проезжей части, под дождем, сидит котенок. Я хотел просто убрать его, чтобы никто не задавил, но когда я взял его на руки, он вцепился в меня и начал очень громко мурлыкать. Я не смог не взять его. Принес домой, отмыл от блох. Тимоша стал жить у меня. Да, и однажды он сидел перед монитором и громко-громко мурлыкал, на всю комнату. Я снял это, выложил на канал, и видео завирусилось, потому что он симпатичный громко мурлычащий котенок.

Блиц

Ваши музыкальные кумиры.

Дэвид Гилмор, Дэн Ауэрбах.

Стратокастер или телекастер? (модели гитар. – Прим. автора).

Стратокастер. Но меня гложет мысль и мечта обзавестись телекастером.

Дэвид Гилмор (Pink Floyd) или Джимми Пейдж (Led Zeppelin)?

Дэвид Гилмор.

Зарубежный исполнитель?

Джим Моррисон, Дэн Ауэрбах. Нельзя сказать, чтобы он был на все времена со мной, но мне очень близка его музыкальная манера. Если бы меня спросили, кем бы ты хотел быть, – хотя я люблю Дэвида Гилмора больше всех из музыкантов, я хотел бы быть Дэном Ауэрбахом. По крайней мере, играть как он. На третье место я бы поставил группу Pink Floyd как одно целое.

Отечественный исполнитель?

Александр Васильев.

Насколько сложно одновременно быть заведующим кафедрой и музыкантом?

Так как уделяю мало времени музыке – несложно.

Что важнее в музыке – мастерство или драйв?

Драйв, харизма.

Когда музыканту есть что сказать.

Симфония Бетховена vs Джем-сейшн Джимми Хендрикса.

Я, конечно же, выберу Хендрикса.

Мстислав Вязанцев

223 просмотров

Related posts

Бравый капитан

Олово – хрустит. А свинец? Рассказываем, как звучат металлы

Энергия семьи. О прелестях отцовства рассказал директор ИЦТЭФ Сергей Макаров

Алина Фоменко