Историк объясняет

Не как у Киплинга

Фото Марии ДУБОВСКОЙ

Что мы представляем при слове «Индия»? Белоснежный Тадж-Махал или антисанитарию и нищету, а может быть, ароматные пряности? Между тем Индия уже давно не страна, какой ее описывал Редьярд Киплинг, здесь сплелись вековые традиции и передовые IT-технологии. В чем самобытность новейшей Индии и может ли она стать новым геополитическим центром, разбираемся вместе с Олегом Юрьевичем Курныкиным, специалистом по истории Индии, к. и. н., доцентом кафедры всеобщей истории и международных отношений АлтГУ.

– Олег Юрьевич, сегодня противостояние между ведущими державами, в частности США и КНР, обостряется, на геополитическую арену выходят новые страны-игроки. В связи с этим такой вопрос: станет ли Индия, некогда колониальная провинция Британской империи, ведущей державой?

– Несомненно, Индия сейчас переживает исторический подъем и все более уверенно ощущает себя на мировой арене. Вместе с тем она не претендует на статус сверхдержавы, но возрастающая совокупная мощь этой страны делает ее ключевым игроком в геополитических конфигурациях современного миропорядка. Индия позиционирует себя как ответственного и предсказуемого участника международных отношений. Но при этом Индия стремится сохранить свободу рук в условиях возрастающей неопределенности и турбулентности мировой системы. Индию уже сейчас с полным основанием можно причислить к ведущим державам мира.

Вместе с тем соперничество за лидерство в Азии и нерешенные территориальные споры с Китаем подталкивают Индию к расширению связей с Соединенными Штатами.

В прошлом году, по данным ООН, Индия опередила Китай по численности населения (более 1,4 миллиарда человек). Международный валютный фонд относит Индию к странам с самой быстрорастущей экономикой, ежегодный прирост ВВП в последние годы составлял более 6%. Индия стала четвертой в мире страной, осуществившей посадку своего космического аппарата на Луну, подтвердив свой высокий потенциал в реализации сложнейших научно-технологических проектов. Эта страна превратилась в один из мировых центром IT-технологий и услуг. Всемирное признание получила школа индийских программистов, а город Бангалор, ставший одним из мировых центров информационных технологий, по праву называют Кремниевой долиной Азии. Индия вырвалась на лидирующие позиции в экспорте программного обеспечения, ее экспорт в сфере IT в прошлом году составил около 200 миллиардов долларов.

– С учетом политического курса России на Восток не могу не затронуть вопрос о международном сотрудничестве. Насколько выгодно России сотрудничать с Индией – и наоборот? Почему?

– Обратимся к истории. Между Индией и Советским Союзом, а теперь Российской Федерацией на протяжении многих десятилетий существовали дружественные отношения, базировавшиеся на взаимной симпатии. Кстати, многие жители Алтайского края не знают о том, что в 1955 году первый премьер-министр независимой Индии Джавахарлал Неру и его дочь Индира приезжали в Рубцовск. Обе страны поддерживали друг друга в сложных ситуациях. Москва была на стороне Индии в кашмирском вопросе, Индия проявила понимание действий СССР в связи с вводом советского военного контингента в Афганистан. Индия была крупным покупателем советского, а затем российского оружия, хотя в последние годы она стремится диверсифицировать закупки военной техники. Вместе с тем экономическая составляющая никогда не была сильной стороной индийско-советских отношений. В последние годы наблюдается рост товарооборота, превысившего по итогам прошлого года 50 миллиардов долларов. Однако это примерно в 5 раз меньше товарооборота России с Китаем. К тому же торговля между Индией и Россией не сбалансирована, Индия резко нарастила закупки российской нефти по льготным ценам, в то время как объем закупаемых Россией индийских товаров значительно меньше. Поскольку расчеты в двусторонней торговле все больше осуществляются в национальных валютах, на российских счетах скапливаются многомиллиардные суммы в рупиях. Однако рупии не являются конвертируемой валютой, что создает проблемы в проведении финансовых расчетов. Создается впечатление, что в России при реализации курса «поворота на Восток» не всегда в должной степени учитывается прагматизм наших восточных партнеров, будь то Китай или Индия, извлекающих немалые дивиденды из затруднений для России, связанных с наложенными на нее санкциями. Россия постепенно превращается в поставщика энергоносителей и сырья для быстрорастущих экономик Востока. А вот индийские (впрочем, как и китайские) компании не спешат направлять инвестиции в российскую экономику.

– Одна из возможных геополитических проблем, связанных с Индией: языковой барьер. Хинди – язык очень сложный, вряд ли он станет международным…

– По количеству носителей языка хинди занимает четвертое место в мире после китайского, испанского и английского. Однако этот язык вряд ли станет международным, да и в этом нет необходимости, поскольку многие индийцы владеют, хотя и в разной степени, английским. Следует признать дальновидность индийских лидеров, сохранивших после обретения независимости английский язык в качестве языка межнационального общения. Хинди наделен статусом государственного языка, но попытки навязать его многочисленным народностям и этническим группам – в Индии только официальных языков насчитывается двадцать, не считая сотни наречий и диалектов, вызвали неприятие со стороны национальных меньшинств. Широкое распространение английского языка дает Индии немалые преимущества, облегчая вхождение индийских ученых и специалистов в мировое научное сообщество. Индийская диаспора, насчитывающая около 32 миллионов человек, преимущественно англоговорящая, что позволяет ей эффективно интегрироваться в мировую экономику и вообще в международную повестку. Некий символизм можно усмотреть в том, что премьер-министр Великобритании – британский политик индийского происхождения Риши Сунак. Индийские власти понимают значение диаспоры для продвижения благоприятного образа Индии в мире и активно работают с индийскими общинами в других странах. Этому у индийцев можно поучиться.

– Если посмотреть на Индию глазами туриста, то удивляет ее противоречивость. С одной стороны, Индия – страна, богатая железной рудой, бокситами, здесь обрабатывают 60 % алмазов, добытых во всем мире. Но в то же время она по-прежнему остается одной из самых бедных стран. Почему так?

– Проблема бедности имеет давние исторические корни. В земледельческих цивилизациях Востока она связана с неспособностью традиционной аграрной экономики обеспечить потребности многочисленного населения. Саморегуляция системы достигалась за счет принудительного снижения численности населения в результате массовых голодовок, эпидемий, гражданских войн.

В Индии были выработаны свои оригинальные механизмы саморегуляции, в частности кастовая система, учение о карме и перевоплощении, снижавшие социальную напряженность. Не случайно для индийской истории не были характерны крестьянские войны как в европейских странах или в Китае. Исторический перелом для Индии произошел в ходе «зеленой революции» 1960–1970-х годов, когда внедрение достижений научно-технической революции в сельское хозяйство позволило обеспечить продовольствием, пусть и на минимальном уровне, быстро растущее население страны. Вместе с тем в Индии до сих пор сотни миллионов человек живут в условиях бедности, подчас на грани физического выживания. Но здесь важна тенденция: доля бедных постепенно снижается, формируется многочисленный средний класс, ориентирующийся на современные стандарты потребления, на долю среднего класса приходится 10 % населения. Очевидно и то, что Индии предстоит приложить огромные усилия и ресурсы для решения проблемы бедности, получения доступа к медицинскому обслуживанию, внедрению современных санитарных норм в повседневную жизнь индийцев из низших слоев общества.

– Каждая страна по-своему самобытна. Однако в случае с Индией уместнее сказать, что она – «самобытнейшая». Что дает ей культурный синкретизм? Что можно позаимствовать у индийцев в духовном плане?

– Несомненно, Индия, ее культура и ее уникальный духовный опыт обладают особой привлекательностью. Индийской цивилизации не была свойственна военно-политическая экспансия, но она оказывала мощное культурное влияние на другие народы. Благодаря усилиям индуистских проповедников Вивекананды, Ауробиндо Гхоша, Махатмы Ганди культурная элита Запада, преодолев европейское высокомерие, стала воспринимать Индию как кладезь духовности и мистических откровений. Индийская политическая элита осознает значимость «престижного ресурса», в основе которого лежит не только оригинальность философско-религиозной традиции, но и открытость внешним культурным влияниям. Синкретизм, свойственный индийской культурной традиции, многообразие и мозаичность социальной структуры способствовали заимствованию и адаптации к индийским условиям вестминстерской модели парламентаризма. Она позволяет Индии позиционировать себя как «крупнейшую демократию в мире». Не стоит упрощать ситуацию в современной Индии, в стране немало последователей хиндутвы, то есть «индусскости»: приверженности индуистскому образу жизни. Исповедующая эту доктрину правящая ныне «Бхаратия джаната парти» имеет высокие шансы остаться у власти по итогам предстоящих весной парламентских выборов. Вместе с тем Индия открыта современным социально-культурным и технологическим процессам, что придает динамизм этой стране, способствует росту ее значимости в современном мире, формирует привлекательный образ этой столь своеобычной стране-цивилизации. Этот опыт был бы полезным и для других стран, в том числе для России.

Факт

В последние годы наблюдается рост товарооборота, превысившего по итогам прошлого года 50 миллиардов долларов. Однако это примерно в 5 раз меньше товарооборота России с Китаем. К тому же торговля между Индией и Россией не сбалансирована, Индия резко нарастила закупки российской нефти по льготным ценам, в то время как объем закупаемых Россией индийских товаров значительно меньше.

Дмитрий ГЕРАЙКИН

393 просмотров

Related posts

Ты в ответе за твою розу